ПРЕМЬЕРА СОСТОЯЛАСЬ: 8 октября 2004 года

РЕЖИССЕР-ПОСТАНОВЩИК: Андрей Максимов

ХУДОЖНИК-ПОСТАНОВЩИК: Виктор Шилькрот

КОМПОЗИТОР: Илья Тилькин

РЕЖИССЕР ПО ПЛАСТИКЕ: Сесиль Плеже

ХУДОЖНИК ПО КОСТЮМАМ: Ирэна Белоусова

ХУДОЖНИК ПО СВЕТУ: Заслуженный работник культуры России Александр Еремин

 

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА И ИСПОЛНИТЕЛИ:

НАТАЛЬЯ, женщина — заслуженная артистка России Наталья Гребенкина

ЛИДОЧКА, ее кузина — Наталья Фищук,  Наталья Фенкина

МОДЕСТ НИКАНДРОВИЧ, немолодой мужчина — заслуженный артист России Владимир Стукалов

ВОЛОДЯ, молодой мужчина — Евгений Булдаков

СЛЕДОВАТЕЛЬ, государственный мужчина — Сергей Чудаков. Андрей Емельянов

 

ИЗ РЕЦЕНЗИЙ:

"Ностальгический полуоборот к эпохе символистов и декаданса, эгоцентризма и небывалых откровений личности, без сомнения, в чем-то очень притягателен сейчас. Вероятно, по контрасту к нашей жизни. Как и прозрачный русский язык Брюсова, который слушаешь как далекую музыку сфер. но в этой повести от «тайны музыки стиха» лидер русского символизма перешел к тайне музыки души – женской души. Она как неопознанный летающий объект, НЛО, - летучая, неуловимая, непозноваемая. А сети ее – такие легкие и воздушные, оказываются неразрывными…

Что привлекает в спектакле – это заданный эффект отстраненности актеров, эффект двойной игры. Здесь действующие лица – и герои, и наблюдатели одновременно"

Церетели В. «Последние страницы из дневника женщины» на Покровке». «Культура», №43, 04-10.11.2004.

 

"На сцене – любовный треугольник: Наталья (Наталья Гребенкина) – «черная роза» московского декаданса, блестящая, обольстительная, готовая искать идеал в трех мужчинах одновременно…

«Последние страницы…» поставлены в классически декадентской атмосфере, среди развешанных по сцене вязаных шалей, засушенных роз, плетеных качалок, карнавальных масок…

Сквозь крупную сетку гамака и черное кружево наряда героини проглядывает мир русского декаданса.

Слова и поступки всех персонажей оценивает следователь (Сергей Чудаков), ведущий дело об убийстве мужа Натальи. «Кому  в наше время можно жаловаться на правосудие?» - вопрошает он – и по залу проносится смех узнавания…

В постановке Андрея Максимова брюсовский сюжет стал жестоким романсом. Изящным, пародийным, ностальгическим."

Рачева Е. ГИРЯ В СТИЛЕ АР-НУВО. 04.10.2004.

 

Женский монолог … настолько увлекателен, настолько откровене и бесстыден, что ни на что другое почти не обращаешь внимания…

То ли истерика, то ли кокетство, то ли естество, которое здесь, на крошечной, уютной сцене, может быть, самого уютного театра в Москве, вылезли наружу из глубины интонации и расположились поверх всего – поверх всей сегодняшней полублагополучной. полунеустойчивой жизни… А главное – вот это ощущение дикого любопытства, смешанного с неловкостью, как будто подслушал что-то такое, чего узнать был не должен. Никогда…

С каждым шагом, взглядом, жестом исполнительницы «роли женщины» тебя начинает как бы слегка мутить, появляется … чувство скольжения… Скольжения в неведомую зону – зону риска. Где женская манерность, наигранность, даже вульгарность становятся сухими оболочками, шелухой чего-то страшно живого, порой просто страшного, и абсолютно не прописанного нигде – ни в тексте. ни в нашей жизни… Чувства, действительно доводящие до самоубийства, это другая любовь, похожая на пытку длиной в жизнь.

 

Минаев Б. «В роли женщины». « Огонек», № 16.